Учителя России СМИРНОВ Б.Л. ФЕДОРОВ Н.Ф. ДАНИЛЕВСКИЙ Н.Я.
БИБЛИОТЕКА ВЫСКАЗЫВАНИЯ ФОТОАРХИВ НОВОСТИ ГОСТЕВАЯ КОНТАКТЫ

Федоров Н.Ф.

Астрономия и архитектура

Статьи о регуляции природы
Вернуться обратно | Список КИТов | Каталог | Россия | Федоров Н.Ф. - Общее Дело
Описание
Отзывы

Статьи о регуляции природы

Кто наш общий враг, единый, везде и всегда присущий, в нас и вне нас живущий, но, тем не менее, враг лишь временный?
Небесные науки как факт и как проект
Будущее астрономии
Падающие миры и противодейст-вующее падению существо
Об единстве метеорического и космического процессов
Горизонтальное положение и вертикальное - смерть и жизнь
Пока будет смерть, будет и голод, будут и болезни; и наоборот: пока будут болезни и голод, будет и смерть
Родители и воскресители
Каразин, как метеороург, а не метеоролог

Астрономия и архитектура

Комментарии
Вверх


Астрономия и архитектура 37

Соединив все науки в астрономии, а такое соединение есть самое простое, внешнее, не ученое, а все искусства в архитектуре, мы не можем не задать, или, вернее, этим самым мы задаем вопрос, почему, если первая, т. е. астрономия, есть мирознание, почему вторая, т. е. архитектура, не есть мироздание, или мироуправление, почему архитектура не есть приложение знания, заключающегося в астрономии, а между тем таково должно быть отношение, отношение естественное, между знанием, т. е. наукою, и действием, т. е. искусством.

Замените в загадке сфинкса третью опору громоотводом, поднятым на аэростате до облаков, и тогда существо, которому достаточно трехаршинного надела земли, этою новосозданною им себе рукою будет касаться облаков и, извлекая из атмосферы грозовую силу, смирять бури, утишать ураганы, направлять ветры и распределять влагу между всеми полями по мере их надобности38. Америка в лице Франклина присутствовала при спуске первого аэростата Европою, но изобретателю громоотвода не пришло в голову воспользоваться этим орудием для извлечения дождя, хотя на вопрос: "К чему служит эта игрушка?" он и ответил: "А к чему служит только что родившийся ребенок?" Но прошло сто лет, а игрушка все еще остается игрушкою и ребенок не выходит из пелен; между тем тогда же, при самом рождении этого ребенка, представлялся случай обратить игрушку в великое орудие; но горожанин не понимал голода, и остался аэростат до сих пор игрушкою. Додумался до обращения аэростата с поднятым на нем громоотводом в орудие спасения от голода один из искренних славянофилов, но Германия в лице академика Фусса объявила бесполезным славянское изобретение39.

Представьте теперь, что сила, посылаемая солнцем земле, которая ныне рассеивается в пространстве, проводится в землю, благодаря повсеместно устроенным громоотводам-аэростатам, этим орудиям обращения солнечной силы в земную, - представьте, что солнечная сила, проведенная в землю, изменяет плотность земли, ослабляет узы ее тяготения, дает, следовательно, возможность влиять на самый ход земли и делает земную планету электроходом; и вот существо, прежде только взиравшее на небо, становится пловцом в небесных пространствах, и человеческий род в совокупности делается кормчим, экипажем, прислугою земного корабля. Тогда не будет уже никакого сомнения в том, что не солнце, а земля движется, как для едущего в лодке нет сомнения, что движется лодка, а не берега; тогда и воинская повинность станет призывом не к войне, не к защите отечества, потому что отечество будет одно: воинская повинность станет призывом сынов к общему отеческому делу, для которого управление ходом земли и явлениями, на ней происходящими, есть лишь средство. Наука станет знанием земли как небесного тела и знанием других планет как земель, если верно Коперниканское предположение, что планеты суть такие же земли; а если это верно, то приложением науки будет управление ходом не земли только, но и планет, которые, следовательно, также могут быть движимы. Приложением науки будет также строение земли, обращение ее в храм, а планет - в новые обители.

Но переход в новые обители зависит не от одного лишь мироустройства, но и от устройства самих организмов, от телоустройства, от знания устройства и созидания тел наших и искусства управления ими. Тот же вопрос, вопрос об отношении мироустройства и мироуправления (архитектура) к мирознанию (астрономия) можно отнести и к устройству живых тел по отношению к науке познания жизни, т. е. к биологии. Можно задать вопрос: почему биология, если она - знание устройства тел, подверженных разрушению, и знание жизни живых существ, обреченных смерти, - почему биология не находит своего приложения в воссоздании разрушенных тел и искусство (скульптура, живопись) есть лишь замена разрушенных тел каменными, металлическими, трудно разрушимыми изображениями, а иногда и скудельными изображениями, непрочными, и почему делаются эти изображения далеко не всех, а лишь некоторых, причем скульптура и живопись являются лишь слабым приложением анатомии, полною неприложимостью физиологии и лишь мнимым приложением биологии, т. е. призраком только жизни; так что и сама биология, не находя надлежащего приложения, обращается из науки о жизни в науку о том, как живое существо постепенно умирает, приближается к смерти. Смерть, по верному определению, есть переход одного существа, или двух слившихся в одно, в третье - посредством рождения, т. е. возникновение новой жизни всегда связано с разрушением прежней; это есть проявление общего закона слепой силы, которая умеет создавать только разрушая; искусство же разумного существа должно состоять именно в возвращении разрушенного слепою силою, в исправлении того, что произвела слепая сила по бездействию разумной.

Если биологию рассматривать как часть астрономии, как это и следует, что мы и делаем, соединяя все науки, а следовательно и биологию, в астрономии, тогда только станет понятно, почему биология есть столько же наука о смерти, как и о жизни, ибо только рассматривая жизнь в связи с мироустройством, мы будем в состоянии открыть, почему жизнь сначала, как надо думать, будучи однодневною, потом однолетнею, стала многолетнею и при каких условиях, следовательно, она может продолжаться бесконечно, - вопрос необходимый для существа разумного. Вместе с тем для нас будет ясно и то, что в настоящее время, когда земля отделена от других миров непроходимыми пространствами, жизнь, вечно зиждущая, может проявляться лишь в смене поколений.

Но может ли биология быть названа астрономическою, небесною, вселенскою наукою, если жизнь известна, а вероятно и есть, лишь только на земле, на одном лишь небесном теле. Если, однако, биология - как знание - по объему, по месту, занимаемому предметом, подлежащим ее изучению, и незначительна, то биология как искусство оживления не знает границ ни по времени, ни по пространству. Земля, как кладбище, вмещает в себе столько поколений, сколько в пространстве вселенной есть миров, не управляемых разумом (миров же, управляемых разумом, мы совсем не знаем), и сколько есть таких миров, которые совсем не приспособлены к жизни; так что биология через оживление умерших на земле поколений может заселить, т. е. подчинить разумному управлению, все миры, и тогда жизнь будет на всех мирах и вселенная станет биологическою.

Оживленные и преображенные, из рожденных ставшие трудовыми, т. е. ставшие способными воссоздавать себя из элементарных веществ (которые небесная химия, химия спектрального анализа, находит во всей вселенной), сыны человеческие делаются способными к переходу на планеты, и на каждой планете повторяют то, что было сделано на земле, - т. е. посредством громоотводов-аэростатов всю получаемую от солнца силу будут обращать в планетную и таким образом освобождать планету от уз тяготения, делать ее электроходом.


Вернуться обратно | Список КИТов | Каталог | Россия | Федоров Н.Ф. - Общее Дело
Заходов на страницу: 6363
Последний заход: 2017-10-20 15:34:40