Учителя России СМИРНОВ Б.Л. ФЕДОРОВ Н.Ф. ДАНИЛЕВСКИЙ Н.Я.
БИБЛИОТЕКА ВЫСКАЗЫВАНИЯ ФОТОАРХИВ НОВОСТИ ГОСТЕВАЯ КОНТАКТЫ

Федоров Н.Ф.

Пояснения к «Пасхальным вопросам»

Статьи философского содержания из III тома «Философии общего дела»
Вернуться обратно | Список КИТов | Каталог | Россия | Федоров Н.Ф. - Общее Дело
Описание
Отзывы

из II тома "Философии общего дела"

Творение и воссоздавание
В чем свобода?
Два исторических типа мировоззрений
Об ограниченности западного "Просвещения"
О мировой целесообразности
Метафизики и агностики
Страшный суд философии
Иго Канта
Вариант статьи "Иго Канта"
О двух "критиках": городской, мещанской и сельской, крестьянской
Аксиомы Канта, как основы его критики
Кантизм, как сущность германизма
Знание и дело. - О двух разумах и двух сословиях или, вернее, о выделившемся из народа сословии
О пределах из "вне" и из "внутри"
Что такое постулат практического разума?
Призрачная автономия
Три разума и единый разум
Критицизм как игра или развлечение
"Назад к Канту!"
Кант и евангельское дитя или сын человеческий
Почему практический разум не исполнил на деле то, что теоретический разум признал неисполнимым в мысли?
О категориях канта
К вопросу о двух разумах
Добавочные мысли к предшествующей статье
О соединении двух разумов
Еще к вопросу о двух разумах!..
Идея всемирно-мещанской истории
Идея всемирно-мещанской истории. 2-я статья
Наследие Канта
В чем заключается всеобщий категорический императив?
Ложный демократизм Канта
По поводу взгляда канта на автономию воли
Письмо К Н. П. Петерсону
Моральная казуистика Канта
Панлогизм или иллогизм?
Реформа гегелевой "логики"
Философ-чиновник
Супраморализм и гегелианизм
Последний философ-"мыслитель"
По поводу Шопенгауэра
По поводу книги В. Кожевникова «Философия чувства и веры»
О Гамане
Гаман и "Просвещение" XVIII века
О Якоби
"Я" и "не-я" с точки зрения философской и человеческой
О неокантианцах
Философ Черного царства (Новой Германии)
К статье "Философ черного царства"
Черный пророк и черный царь
Как возник "Заратуштра"?
Позитивистический момент в развитии Ницше
Последний философ
Конец философии
Бесчисленные невольные возвраты или единый, сознательный и добровольный возврат?
Произвол - творец учения о невольных возвратах
Шляхтич-философ
Лакейский аристократизм
Сверхчеловечество как порок и как добродетель
Бессмертие как привилегия сверхчеловеков
Нравственность - не барство и не рабство, а родство
Сверхчеловек - недоросль
О нравственности и мистицизме у Ницше
"По ту сторону добра и зла"
Недосказанное в этике "сверхчеловека"
Христианство против Ницшеанства
По ту сторону сострадания, или смех сверхчеловека
Властолюбие или отцелюбие?
Мыслитель-"ученый", "слишком ученый", то есть ученый-филистер
О "чрезмерности" и недостаточности истории
"Чрезмерность" или недостаточность истории?
Мысли об эстетике Ницше
Философия одурманивания
Трагическое и вакхическое у Шопенгауэра и Ницше
Об объединении искусств
Жизнь как опьянение или как отрезвление
Мировая трагедия
Что значит "стать самим собою"?
Блудный сын философии
Рождение или воссоздание?
«Amor Fati» или «Odium Fati»?
О двух нравственностях: тео-антропической и зоо-антропической
Агатодицея (оправдание добра) Соловьева и Теодицея (оправдание бога) Лейбница
О философии В. Соловьева
Кант и Ричль
О Ричле
Мысли о Ричле
"Школа ричлианского богословия"
Практическая философия Лотце, или наука о ценности бытия
Родоначальник славянофилов
О славянофилах-фарисеях и западниках-саддукеях
Неопределенность мыслей славянофилов об единении
О некоторых мыслях Киреевского
Сын, человек и их синтез - сын человеческий
Ни эгоизм, ни альтруизм, а родство!
Жить не для себя, ни для других - отрицание и альтруизма, и эгоизма
Непорочность физическая и нравственная - непременное условие бессмертия
О смертности
О великом будущем семьи и ничтожном будущем нынешнего общественного" дела
Конец сиротства; безграничное родство
К университетской или новофарисейской нравственности
Что такое "интеллигенты", т. е. ходящие новым или нынешним путем?
Мефистофель, как выразитель "светской культуры"
Бульварная апология смерти
Одно из противоречий "Сынов века сего"
Живое и мертвенное восприятие истории
Отношение торгово-промышленной "цивилизации" к памятникам прошлого
О начале и конце истории
Где начало истории?
Что такое русско-всемирная и всемирно-русская история?
Русская история - международная история
К спору о трех римах
Две противоположности
Значение "поклонения трех царей"
Кланяться или не кланяться?..
Об идеографическом письме
Искусство, его смысл и значение
Наука и искусство
Как началось искусство, чем оно стало и чем должно оно быть?
Искусство подобий (мнимого художественного восстановления) и искусство действительности (действительное воскрешение)
Коперниканское искусство
Как может быть разрешено противоречие между наукою и искусством?

из III тома "Философии общего дела"

Философия как выражение неродственности и родство
Одушевленные миры как выражение желания видеть миры управляемыми разумом и чувством
В Сократе сознание или философия перешла из области представления в область мышления
Для понимания Новой Истории Запада
Философия блудных сынов, чужаков
Великий синтез
Оценка ценностей
Ученое сословие как отживающее
Заметки о Канте
"Правильным следствием теоретической слабости…"
[Нужно] признать категории привычками
Мир есть представление
"Мир как воля и представление"
Вопросы из отечества заратуштры поклонникам европейского заратуштры (Ницше)
Ницше о цели и свободе
Супраморализм
Иоасаф-Царевич и могила Юс-Асафа в Кашмире. Ницше и мощи
Заметки о Ницше
О двух разумах. Агностицизм
Различие между этими двумя направлениями
Природа, утратившая сознание
Мысль и сила
Эволюция и коллективизм или воскрешение и объединение
Кризис Марксизма
Кризис социализма
"Историчность человека"
Критическая философия была продолжением метафизики
Вопрос о заглавии
Само собою понятно, что и такие статьи, как "Всемирная Выставка"
Положение, созданное отчасти печатанием отдельных статеек
О богатстве и бедности и [о] жизни и смерти
Заметки к работе "Вопрос о братстве, или родстве..."
Пред совершеннолетием
Смысл и цель жизни, или что может дать жизни наивысшую ценность
По голове - человек, по туловищу - скот и зверь
Человек или сын человеческий?
Вопрос о голоде как вопрос священный, религиозный
Возможен ли мир? Условие, при котором мир возможен
Супраморализм, т. е. само христианство
Падающие миры и существо, противодействующее падению, как первое выражение супраморализма
Пасха
Вертикальное положение, или Пасха
Супраморализм, или выход за пределы зла
Переход от высшего к низшему, от бога к человеку и возвышение его [человека] чрез наибольшую заповедь к заповеди "Будьте совершенны как бог-отец"
Пасхально-Кремлевские вопросы
Заметки к работе «Супраморализм»
Две программы пасхальных вопросов

Пояснения к «Пасхальным вопросам»

Пасхальные вопросы с программою их решения и указанием на благоприятные обстоятельства для решения этих вопросов
Схема-рисунок разрешения антиномии эгоизма и альтруизма
Схема-чертеж, изображающий антиномию эгоизма и альтруизма
О двух разумах и о двух жизнях
Эстетический супраморализм
Внутренняя регуляция, или преображение живущих, сынов...
Кремль как крепость и орудиярегуляции умерщвляющей силы и Кремль как кладбище и попытки оживления
К вопросу о времени, когда должно совершиться воскрешение или начаться переход с земли
Несмотря, однако, на столько поколений уже воскрешенных
Астрономия или история?
Единство истории и астрономии
История по отношению к астрономии
При разборе бумаг
К статье «Что такое история для неученых»
Август и Августин, творец града земного первый и града божия — второй
Падение Царьграда было великим уроком
Так называемая Средняя История
Хотя Новая История следует за Среднею
Золото и прах
12-й лист, при небольшом разъяснении, дает ответ
3-й Рим, что он есть и чем должен быть?
Москва — 3-й Рим, а четвертому не быть
"Святой благоверный великий князь Александр Невский", - сочинение М. Хитрова
Когда Наполеон, изучавший пред походом 12-года Россию
Откуда пошло славянофильство?
К чему приводит западничество!
О двухстолетнем юбилее незаконного сына 3-го Рима известного Маркиза С. Петербурга
Два события обращают
3-й Рим и 3-й Карфаген
О полярной столице
К паломничеству на Памир
31 января 1884 г
К статье «Самодержавие»

Комментарии

из II тома "Философии общего дела"
из III тома "Философии общего дела"
Вверх


Пояснения к "Пасхальным вопросам 119

В кратком предисловии к "Пасхальным вопросам" объясняется смысл слова "пасхальный" и оставлено без объяснения слово "вопрос". Слово это употребляется в различных смыслах: например, "восточный вопрос", "китайский" или, например, вопрос о местонахождении Илиона либо средневекового Каракорума. Первые два вопроса имеют практическое значение, деловое: они спрашивают о том, что нужно делать, а не знать лишь; самое возникновение их указывает на некоторую опасность для жизни или существования не только стран, к которым они, эти вопросы, относятся, но даже стран соседних. Вопросы же о местоположении Илиона или Каракорума и им подобные, по крайней мере в настоящее время, являются вопросами только знания, только учеными вопросами, которые говорят лишь о том, что нужно думать, а не делать. Двоякое значение вопросов указывает на разделение двух разумов, двух сословий. По причине разделения на два разума и на два сословия существуют два ряда вопросов. Все наше знание есть вопрос, и можно сказать даже, что как только оно перестает быть вопросом или предположением, оно превращается в суеверие, да и (само знание) замирает. Движение земли, например, казалось для многих вполне доказанным, а между тем открыто новое доказательство (опыт Фуко); но и оно еще не есть окончательное, и движение земли все еще остается вопросом. Когда все познанное станет производимым, тогда только вопрос этот будет решен.

Для человека в настоящее время, в жизни, какова она теперь есть, существуют лишь вопросы; да и сама жизнь при наличности смерти есть вопрос, который может быть решен не мыслью, а делом, общим всех людей трудом; и в этом-то деле и заключается и благо, и счастие человеческого рода. Бессмертия, т. е. неотъемлемости жизни, не дано человеку по праву рождения; бессмертие дается ему не иначе, как по труду, как его следствие. Это вопросы - не одного ума, но и чувства, и воли. Мы сами для себя и другие для нас и мы для них составляем вопросы; и весь мир, несмотря на его кажущуюся необъятность, входит в этот вопрос. Смерть ставит этот вопрос; Смерть все обращает в вопрос, все... кроме Бога отцов. Только Бог всех отцов - вне сомнения, вне вопроса, выше всякого сомнения и вопроса. Можно спрашивать о происхождении неверия, как следствия отчуждения, удаления сынов от отцов, т. е. о происхождении "блудных" сынов, об измене отцам, - об изменниках. Не доказывать происхождение веры в Бога нужно было, а подвергнуть критике, умственной и особенно нравственной, вопрос о неверии в его причинах. Подвергать же сомнению веру в Бога, требующего от нас исполнения Его воли, исполнения дела, значит отказываться от великого блага, отказываться от знания, от самого строгого доказательства - самим делом. Долг Воскрешения, как единственный путь к Истине, благу и благолепию нетления, должен быть вне сомнения, или же нам остается бездействие, не-делание или суета.

Сама философия, всюду вносящая сомнение, есть произведение величайшего преступления - отчуждения. Философия есть мысль, сознание изменников; она дочь блудных сынов. До сих пор она скрывала свое постыдное происхождение; только к забывшим родство можно было обращаться с вопросом: "познай самого себя!", ибо еще не забывшие могли бы ответить: "Я - сын, покинувший отцов, забывший Бога всех умерших отцов", - и такой ответ был бы уже покаянием, а не превознесением себя. Коренные формулы философии предполагают преступление измены - отчуждение, обособление ("Я мыслю, чувствую, желаю, хочу... ergo я существую"). Взявши же человека в его неиспорченной (детской) природе, при неотделимости сынов от отцов, вместо этих обособляющих формул, получаем: "Сочувствую, сострадаю, соумираю, содействую". Если, таким образом, обособляться значит отчуждаться, то вступать в столь дорогую философам область отвлечения значит полагать начало блужданиям: блуждание в мысли есть философия; блуждание в деле есть история взаимного истребления. Для существа, не желающего знать ничего, кроме самого себя, "сознаю" может значить "существую", для тех же, которые не выделяют себя от всех других, не отделяют и мысли от действия, сознание не может быть отделено от чувства утрат, от сознания смертности - смерти в лице других; и чем теснее связь между людьми, тем более и сознание будет признанием не существования, а утраты его; воля же будет стремлением к воскрешению.

Отсюда и начинаются "Пасхальные Вопросы", распадающиеся на два ряда: о преступлении и об искуплении; в одном говорится о блудных сынах, в другом - о сынах человеческих.

Отделив блудных сынов от сынов человеческих, нужно сказать, как первые относятся к последним - это Пасха страдания, - и как благодаря этой неправде раскаявшиеся блудные сыны соединятся с сынами человеческими в общем деле - Пасха воскрешения, - и взаимное отчуждение рода человеческого прекратится.

------------------

Пояснения к "Пасхальным вопросам" могут быть выражены в различных формах, из которых избираем следующие, самые существенные:

Ступени обобщения
I. 12-членная схема о том, что нужно делать в совокупности, о том, на ком лежит долг собирания для этого дела.
II. 4-членная схема, показывающая возможность соглашения для общего дела, выраженная в календарной форме и храмовой росписи, и 2-х членная схема.
III. 3-членная схема о трех объединениях.
IV. 12 вопросов, указывающих в первой своей половине на 12 бедствий, от двух несчастий происходящих (от богатства и бедности); а во второй половине - о 12 благах, от разрешения вопроса о жизни и смерти происходящих.
V. Евангельское дитя и Пасхальные вопросы
а) сын человеческий и Пасхальные вопросы
и
б) дочь человеческая и Пасхальные вопросы.
Субъектом Пасхальных вопросов можно и должно ставить не отвлеченного "человека", а сынов и дочерей человеческих, а объектом - отцов и матерей умерших. Отношение же субъекта к объекту будет Проект - естественный продукт сынов умерших отцов. Этим выражением заменяются два отвлеченных понятия: "человек" и "смертный".
VI. О связи 12 вопросов с духом Славянства и о противоположности их духу Запада. Инициатива Пасхальных вопросов - Славянское племя.
VII. Ребяческий анархизм, детская революционность в виде восстания студентов - крайних блудных сынов - против власти в союзе с анархизмом, прикрывающимся маскою непротивления, и с попыткою поднять рабочих против капиталистов, - не должно ли [это] стать моментом, требующим открытия Пасхальных вопросов, т. е. вопросов о Науке и Искусстве, какие они должны быть в теснейшем союзе с Пасхою как праздником и как делом, или Пасха как выход из анархии и социализма.



I. Двенадцатичленная схема120

I. О всеобщем обогащении

I. О всеобщем воскрешении

(хотя обогащаться - значит делать других бедными) (Вместо "золотой" и "красной" интернационалок поставим Пасхальную, светлую интернационалку).

Вопрос о богатстве и бедности, или о золоте (золотой) и крови (красной интернационалке), а также вопрос о трестах или синдикатах и [1 слово неразб.], по своей неразрешимости должен быть отнесен к вопросам отживающим. Искусственный пауперизм и богатство служат источником всех зол и порождают все остальные 11 ть вопросов. Стремление к богатству обращает живую религию в мертвую (2 й), ставит человека в ложное отношение к природе (3 й вопрос), раздвояет разум (4 й вопрос), обращает чувство в чувственность (5 й вопрос) и волю в похоть (6 й вопрос); порабощает село городу (7 й вопрос); искажая истинную религию, порабощает науку и искусство индустриализму и милитаризму (8 й, 9 й и 10 й вопросы); не сознавая своего несовершеннолетия, создает конституции, искажает самодержавие и приведет неизбежно род человеческий к погибели (11-й и 12-й вопросы).

Вопрос о жизни и смерти, не в теоретическом лишь смысле понимаемый, т. е. [вопрос о] возвращении жизни, или восстановлении кровного родства, не из праха только, но из крови и тела сынов, правящих силою рождающею и умерщвляющею, - потому уже должен заменить вопрос о богатстве и бедности, что сей последний есть только частный случай первого. Бедность, в смысле недостатка средств для жизни, и богатство, в смысле излишества, сокращающего жизнь, есть, конечно, часть вопроса о смерти и жизни. Стремление к возвращению жизни создает живую религию (2 й вопрос), ставит человека в истинное отношение к природе (3 й вопрос), объединяет два разума (4 й вопрос), любовь сыновнюю ставит выше любви половой (5 й вопрос), а волю из похоти обращает в общее дело всех людей, направляемое сыновнею любовью (6 й вопрос); возвращает городское к сельскому (7 й вопрос), объединяя знание и искусство в религии. Осуществляется же это общее дело перехода от розни несовершеннолетия к общему делу самодержцем, восприемником всех рождающихся и душеприказчиком всех умерших, чрез соединение всеобще-обязательного образования и всеобще-обязательной воинской повинности, или обращением орудий истребления в орудия спасения.

II. О двух религиях

двойной (т. е. идеолатрии-идололятрии) мертвой и единой
живой

О деизме, объединения не требующем, никакого дела не налагающем, и о гуманизме (переходящем в гомункулизм или хамитизм (ребяческий вопрос)), даже под видом свободы требующем разъединения. Чем больше места занимает в жизни вопрос о богатстве (обогащении), тем менее остается места для религии; тем она становится безжизненнее, отвлеченнее, делается "внутреннею", "личною" - идеолатрия, - словом, превращается в призрак. Можно бы сказать, что религия делается наиболее светскою, наименее религиозною, если бы выражение "секулярная религия" не заключало бы противоречия в самых терминах. Искусство скрывать смерть составляет самое существенное свойство мертвой религии, то есть совершенное отрицание всякой религии. Искусство скрывать смерть и делает религию мертвою. Толстой, уверяя, что смерти нет, что она хорошая вещь, делается орудием для водворения безусловного господства богатства в жизни.

Живая религия есть лишь религионизация, возведение в религию вопроса о смерти и жизни, т.е. вопроса о возвращении жизни. Живою является религия в сельском язычестве, которое не только погребает зерно и "сеет своих умерших", но и верит, что своими хороводами - подобием солнечному бегу - возвращает солнце от зимы на лето и животворною силою этого светила возращает зерно и воскрешает умерших, конечно, пока лишь в живом воображении народа. И живое христианство не может не считать сынов умерших отцов орудием Бога отцов - живых, а не мертвых, то есть орудием возвращения жизни. Это и есть религия, какою она должна быть и будет, когда город, обогащенный знанием, возвратится в село и мнимые солнцеводы превратит в действительные землеводы, а мнимые отпевания и причитания - в действительное воскрешение.

III. О двух отношениях разумных существ к неразумной силе

каковы они теперь (эксплуатация) и каковы они должны быть (регуляция)

До настоящего времени жертвою эксплуатации была только земля; ненасытность прогрессирующего человечества охотно распространила бы ее и на другие миры, но, к счастью, они, т. е. небесные тела, оставаясь недоступными для эксплуатации, открыты только для регуляции. Вопрос о богатстве требует, с одной стороны, безусловного подчинения, полного рабства силе, слепо рождающей и слепо умерщвляющей. (Нужно признать смерть законною данью природе, чтобы в богатстве находить весь смысл и цель жизни.) А с другой стороны, этот вопрос (о богатстве) требует подчинения природы своим прихотям, безнравственным целям. (Эксплуатируя природу, человек обращает ее в орудие полового сближения, взаимного обмана и взаимного истребления.) Такая гуманизация есть деморализация даже для слепой природы; вот почему для эксплуататоров, к счастию, закрыто небо.

Для решения вопроса о смерти и жизни (или возвращения жизни) не нужны ни рабство, ни господство, а нужна регуляция, т.е. обращение рождающей силы в воссозидающую и умерщвляющей в оживляющую; и этим-то путем воссозадания и оживления всех предшествующих поколений разумных существ должно распространить регуляцию на все миры вселенной, ныне слепою силою движимые и к своей гибели направляющиеся, как разумом не управляемые.

IV. О двух разумах:

о разуме, воспроизводящем прошедшее лишь мысленно, а настоящее лишь созерцающем, но не правящем им или мнимо правящем им и о разуме, действительно воспроизводящем прошедшее и правящем настоящим

Противоречие между мыслию, обнимающею всю вселенную, и делом, не управляющим даже одною землею как одним целым, это-то противоречие между необъятностью мысли и узкостью дела и создает два разума: теоретический и практический - в которых предмет знания первого не составляет предмета дела второго. Чтобы всецело отдаться наслаждению богатством, разум и в теории отверг действительность Бессмертного Существа, подверг осуждению все прошедшее (умерших отцов, игнорируя виновность свою в их смерти). Критический разум, таким образом, вел к отрицанию, осуждению и к ограничению дела.

Понятно, что только в вопросе о возвращении жизни предмет практического разума расширяется на всю вселенную; ибо на земле, как кладбище, не может быть иного естественного дела, как возвращение жизни праху, жившему во множестве поколений; а это возвращение жизни множеству поколений есть необходимое условие расширения регуляции на все множество миров вселенной, точно так же, как для всех небесных тел вселенной, слепою силою движимых, нет другого естественного дела, как превращение этих миров в управляемые разумом.

V. О двух чувствах:

о чувственной силе, приковывающей человека к земле и о силе чувствующей, на все миры распространяемой

Увлечение внешнею красотою чувственной силы (особенно в половом инстинкте, этом "обмане индивидуумов для сохранения рода"), увлечение, не видящее или не желающее видеть в ней силу умерщвляющую, и производит все богатства, индустриализм, создающий для своей защиты милитаризм (см. статью о выставке на фабрике войны (индустриализм) и крепости [1 слово неразб.) (милитаризм).

Сила чувствующая, но не чувственная, зарождается в детских душах, со старостью родителей и смертью их переходит в силу сострадающую, соумирающую, а соединяя всех сынов и дочерей, обращается в могучую силу воссозидающую и распространяется на все миры. (Музей и Кремль, превращенный из крепости, защищающей прах отцов, в силу, возвращающую праху жизнь.)

VI. О двух волях:

Воля к рождению, как похоть, порождая богатство, приводит весь род человеческий к деморализации. Выставка есть полное выражение деморализации.

и

Воля к воскрешению, то есть: когда вопрос о возвращении к жизни разумных существ ставится целью существования, приводит к морализации всех миров вселенной. Всеобщее воскрешение есть полное выражение всемирной морализации.

VII. О двух обществах (бытах, сословиях, образах жизни)

искусственном - городском и естественном, земледельческом

Отчуждение от земли и неба. Движение от сел в города, от окраин к центру, снизу вверх приводит население в городах к вырождению и вымиранию, а села побуждает к возрастающей интенсивности труда, т. е. к истощению природы, что и вынуждает к обратному течению, т. е. от безнравственного к нравственному.

Возвращение к земле (к праху отцов) и к небу, которое город скрывает. Город, вынужденный для защиты богатства ко введению всеобщей воинской повинности, с одной стороны, а с другой - истощая природу; расстраивая метеорический процесс, должен будет обратить орудие истребления в орудие спасения от голода, язвы и смерти, т. е. идти на спасение села.

Таким образом, в сельском деле регуляции силы природы объединяются и горожане и поселяне вместе с кочевниками.

VIII. О двух науках (университетский вопрос)

наука как она есть и наука как она должна быть

[Наука как она есть] фактически есть воплощение практического разума, разрешающего осуждение отцов умерших и поднимающего сынов и дочерей на отцов и матерей живущих, воплощение теоретического разума для закрытия пути к делу, критического разума, суеверно узаконяющего смерть, а для слепых инстинктов требующего права на полное проявление в жизни и отдающего природу на удовлетворение этих инстинктов, на создание богатства как единственного блага. Это последнее утверждение и есть положительное основание для всех отрицаний.

Наука как она должна быть отрицает все пороки, разрешаемые критическим, то есть ими подкупленным разумом; она требует общего дела объединения для него; требует, чтобы люди стали орудиями Того, Которого она, продажная, называет не существом, а лишь идеалом совершенства, тогда как Христианство требует Ему уподобления. Вместо осуждения отцов словами, она требует искупления их делами. Эта наука не отдает сил природы на "работу тления", а требует объединения сынов для обращения, при помощи Божией, слепой силы природы из рождающей и умерщвляющей в воссозидающую и оживляющую.

IX. О двух искусствах:

Об искусстве как незначительной части промышленной выставки и о Музее как реакции против Выставки

Искусство как творение мертвых подобий, лишь вид жизни имеющих, под гнетом богатства становится игрою и забавою, ничтожною частью художественно-промышленной Выставки, посвященной культу женщины.

Искусство как Музей соединяет все знания в виде Астрономии, а потому имеет вышку; а также соединяет все знания в Истории как науке об умерших предках, создавших и самую астрономию, которых Музей и воспроизводит всеми художественными способами. Такое учреждение есть еще недозревшее, ибо искусство, или дело сынов умерших отцов, не должно ограничиваться [творением] мертвых подобий всего прошедшего, отжившего, ни даже подобием всего мироздания, в кажущемся лишь виде воспроизведенного.

X. О Пасхе:

как празднике и как деле воскрешения
Религия, воссоединяя и знание, и искусство, достигает в Пасхе - по-христиански и в культе умерших - по-язычески совершенства действительности.

[Окончание двенадцатичленной схемы утрачено.]

II. Четырехчленная схема

В сокращенной схеме все 12 вопросов сведены к четырем.
Обращение, открытие вопроса о замене вопроса о богатстве и бедности вопросом о смерти и жизни

I-й член: Вопрос о богатстве или о всеобщем обогащении и о всеобщем возвращении жизни.
Для нашего века существует лишь или "Что делать?" (т. е. всеобщее обогащение), или "Не-думание" и "Неделание", т. е. смерть. 19 веков тому назад обращались с тем же вопросом "Что делать?" к Предтече. Обращался к нему народ, т. е. кающиеся горожане, и мытари, т. е. кающийся капитализм, и воины, т. е. кающийся милитаризм*. Царствие же Божие, как произведение всей мысли, всего чувства, всей воли раскаявшихся сынов человеческих, и было ответом на эти вопросы.

Пасха, т. е. объединение для воскрешения

Член II-й обнимает собою вопросы II и VII до Х го. Эти вопросы соединяются в Пасхе как празднике и деле; ибо та вера (живая, а не мертвая), о коей говорится во 2 м вопросе, есть осуществление чаемого, осуществление через служение всеми силами всех сынов человеческих Богу отцов, живых, а не мертвых; а в вопросах VII-X выражено общее дело всех, Пасха, которая тогда будет его осуществлением, когда наука и искусство будут стоять на высоте, требуемой верою или чаянием, т. е. тогда, когда они будут такими, какими они должны быть, а не такими, какими они ныне.

Антипасха, т. е. противодействие объединению для воскрешения

III член обнимает собой вопросы Ш й и с IV гo по VI. Эти вопросы соединяются в Антипасхе, в которой вопрос 3 й есть неверие или то же язычество, поклоняющееся слепой силе природы, считая людей вечными рабами природы и признавая себя орудиями ее. Вопросы же с 4 го по 6 й заключают в себе философию трех видов (разума, чувства и воли), которая также есть неверие; но это неверие есть отрицание веры лишь как представления чаемого, а не как осуществления его и не как дела общего. Но и философия, уничтожая противоречие между теорией и практикой, т. е. мыслию и делом, заменяя нечистую чувственность чистым чувством, заменяя похоть волею и действием, станет [соединена] с верою как осуществлением, как общим делом.
Имморализм, или антипасха, т. е. если неверующие предпочтут свободу на рознь и обожание, рабство пред слепой силою объединению для ее управления. Возможно, что и верующие предпочтут вечное противление воле Божией вместо ее исполнения, т. е. и те и другие останутся в состоянии несовершеннолетия. Тогда Пасха останется обрядом, мыслию или даже совсем исчезнет, как это уже совершилось для дальнего Запада, а антипасха станет действительностью.

Проект примирения в области полемики

IV член обнимает собою 11 й и 12 й вопросы - о двух воскрешениях; 11 й спрашивает, состоится ли признание чаемого со стороны общества? Останется ли

([I слово не-разб.]), но и конечно -

Журналистика такою, какова она есть? или станет она такою, какою она должна быть? Будут ли 12 Пасхальных вопросов иметь свои органы, т. е. станет ли журналистика переходом от прений, от споров к соглашению или собору?

Проект примирения в международных войнах

12 й вопрос спрашивает, состоится ли признание чаемого со стороны власти? То есть: будет ли Конференция Мира какою она была? или же станет такою, какою должна бы быть, т. е. Конференциею Союза народов; или [конец листа, далее не сохранилось.]



Двухчленная схема или дилемма "Пасха или Антипасха?"



Субъектом Пасхи, Пасхального вопроса о всеобщем возвращении жизни - служит Детственность, сыновство и родство вообще. Сыны и дочери человеческие - сыны и дочери умерших отцов. Учение о Троице или о Сыне и Духе и их преданности или единстве с Отцем - О Боге отцов - Самодержавие.
Антипасха, или Контрпасха.
Субъект Антипасхального вопроса о всеобщем обогащении отрицает детственность и заменяет ее ребячеством (вечным несовершеннолетием), слепою эволюциею, цивилизациею - культ предков.
Двоякий результат. Пасха и Контрпасха: [Пасха] - объединение всех сынов и дочерей, от отцов и матерей жизнь получивших и - как разумные чувствующие существа - понявших долг возвращения жизни родителям для воссоздания [не дописано.]
Контрпасха - отчуждение сынов и дочерей от родителей; братство заменено Цивилизациею, регуляция - эксплуатациею, воссоздающее - разрушающим. Умирающее заменено культурою, которая состоит в сокрытии под рождением смерти и разрушения.
4-х членная схема может быть сокращена в 2-х членную:

1) в Антипасху, если Господу поставим вопрос о бедности и богатстве (= вопр. I), приводящий к розни, вносящий рознь и внутрь самого человека и в его отношения к другим людям (= вопр. III, IV, V, VI); следовательно, обрекающий род человеческий на вечное несовершеннолетие (вопр. XI), для которого возможно лишь пассивное воскресение, или воскресение гнева.

2) Пасха, когда поставлен в основу вопрос о жизни и смерти (= вопр. I) во имя Бога отцов (= вопр. II), приводящий к объединению вех способностей всех людей (= вопр. VII, VIII, IX, X), следовательно - к совершеннолетию, при коем, имея во главе стоящего в праотца место, род человеческий переходит к активному воскрешению.

Субъектом "пасхальных вопросов" можно и должно поставить не отвлеченного человека и смертного, а сынов и дочерей человеческих, имеющих образцом своим евангельское дитя, или же сынов и дочерей умерших родителей, то есть здесь индукция ставится на место дедуктивного и а приорного (пред опытного) понятия "смертный". Субъектом могут и должны быть все живущие, сыны и дочери, все разумные существа.

Объектом же Пасхи служат умершие отцы и матери - все умершие, все предки, - и сила слепая, рождающая, но и умерщвляющая (Природа).

Отношение же субъекта к объекту будет Проект, проект объединения в деле и знании, в науке и искусстве, естественный и сознательный проект возвращения живущими (сынами) жизни умершим (отцам), во исполнение заповеди Бога, для которого нет мертвых, а есть только живые. Проект этот переходит в дело через обращение силы рождающей и умерщвляющей в воссозидающую и оживляющую.

Субъектом Антипасхи служат блудные сыны и дочери, оставившие отцов, принявшие за образец, достойный подражания, не евангельское [дитя], а "дитя природы" ("Enfant de la Nature" Руссо) - то есть животное. Если в Пасхе высочайшим нравственным образцом является безграничная любовь Сына и Духа к Отцу (в Троице нераздельной и неслиянной), то в Антипасхе образцом служит превосходство сынов и дочерей над отцами, младшего поколения над старшим, живущих над умершими, [и при этом забывается,] что ведь и живущие morituri sunt - обреченные на смерть. В Антипасхе образцом для разумных существ служит слепая, рождающая и умерщвляющая сила, вытеснение (сынами отцов) или Прогресс, ибо действительное пожирание будет сопровождаться творениями мертвых подобий, как кажется, лучшего качества (преображение в искусстве), как кажется, более точным восстановлением "вытесненных" и силы вытесняющей (природы), но более всего - улучшением производства мануфактурных игрушек и всякого рода забав. Заключением же всего, последним словом этого учения служит индивидуализм, то есть эгоизм, любовь к одному себе.

Объектом же в Антипасхе служат для сынов не отцы, а дочери, как и для дочерей сыны, а не родители, так что здесь происходит узаконение полного подчинения людей слепой, стихийной силе природы. Проектом же тут служит вечный брачный пир на забытых могилах отцов.

Если с предложением заменить вопрос о богатстве и бедности вопросом о смерти и жизни, о силе рождающей и умерщвляющей (природе) - 1 й пасхальный вопрос - обратиться ко всем и верующим и неверующим (т.е. всех сделать познающими, что требуется всеобще-обязательным образованием) - 2 и 3 вопросы, - тогда разделение на ученых и не-ученых - 7 вопрос - само собою уничтожится. Если же под вопросом о богатстве и бедности разуметь вопрос о всеобщем обогащении, как под вопросом о смерти и жизни, его заменяющим, - вопрос о всеобщем возвращении жизни, то уничтожится и раздвоение на два разума (теоретический и практический), на два чувства и две воли - 4, 5 и 6 вопросы, - а все науки и искусства соединятся в деле возвращения жизни, т. е. в Пасхе (8, 9 и 10 вопросы).

Таким образом, две программы Пасхальных вопросов, и та, которая начинается предложением о замене вопроса о богатстве и бедности вопросом о жизни и смерти или о двух сословиях (богатых и бедных), и другая, которая начинается вопросом о двух разумах, соединяются в одну программу, т. е. уничтожается и внешняя, и внутренняя рознь. Предложение заменить вопрос о богатстве и бедности вопросом о жизни и смерти есть задача журналистики, литературы, критики и вообще ученого и интеллигентного сословия, если бы это сословие понимало свое значение. Приведение же в исполнение есть долг самодержавия, которое переводит от несовершеннолетия род человеческий к совершеннолетию по долгу восприемничества и душеприказчества.

-------------------

Если бы предложение заменить вопрос о всеобщем обогащении вопросом о всеобщем воскрешении, обращенное к верующим и неверующим, было принято, то оно было бы действительным осуществлением заповеди воскресшего Господа, данной ученикам Его: "шедше, научите все народы, крестяще их во имя Бога Триединого". Тогда все читавшие Добрую Весть, христиане или нехристиане, читавшие ее как Священное Писание или как человеческое произведение самой высокой нравственности, - могут признать себя учениками Сына Человеческого, признать себя миссионерами, учителями, отнести к себе Заповедь Собирания через научение, признать своим священным долгом это научение по образцу такого согласия или общества, в котором единство - без ига, а самостоятельность личностей - без розни. То есть: это есть братотворение через отцепознание, познание отцов - своих и всех отцов, как одного отца, для всеобщего отцевоссоздания. Последнее выражение есть не что иное, как переложение слова "крестяще", т. е. очищающе от первородного греха, всему присущего, греха вытеснения или поглощения отцов сынами.

О трех объединениях, об едином объединителе - помазаннике

О двух проповедниках, о проповеднике бесцельного объединения и о проповеднике розни - Толстом и Ницше.

Первое объединение или обращение ученых и так называемой интеллигенции в одну воспитательную силу, во исполнение заповеди научения всех народов, против школы как произведения эпохи бесцельного существования, - средняя школа как [1 слово неразб.] бесцельна.

Отживающая эпоха отрицательной свободы в отчаянии познать "истину" и достигнуть "блага" разрешала или требовала для всех Свободы на ложь (личного понимания и толкования, т. е. не основанного на всеобщем наблюдении и совокупном опыте) и Свободы на рознь. Свободою на ложь отрицалось объединение ученого и интеллигентного классов в одну воспитательную силу, а свободою на рознь отрицалось объединение всех народов, обращенных (в войско) в одну естествоиспытательную силу (естества телесного и душевного), как исполнение заповеди собирания.

Свободою на ложь - отрицанием общего познавания и Свободою на рознь - отрицанием объединения - требовалось рабство, подчинение слепой силе природы и отрицалось объединение всех миров чрез воскрешение всеми живущими всех умерших во исполнение воли Бога отцов.

(Евангельское) Дитя и Пасхальные вопросы:
а) сын человеческий и Пасхальные вопросы
и
б) дочь человеческая и Пасхальные вопросы
(1-я статья: "О Супраморализме вообще, или чесо ради создан человек")
"Очень мало взрослых людей в состоянии видеть природу. Большинство людей не видит Солнца (даже Солнца, а не только звезд и неба), во всяком случае, они (взрослые) видят крайне поверхностно. Солнце озаряет лишь глаз у взрослого, но ребенку его сияние проникает в глаз и сердце. Любитель природы - тот, кто сохранил дух детства до возмужалого возраста",
(Р. У. Эмерсон)121
Для завершения и исполнения заповеди "будьте как дети!" нужно, чтобы кажущееся детям стало действительным для совершеннолетних. То, что мудрым и разумным в настоящем представляется "нас возвышающим обманом", а младенчествующему роду человеческому казалось истиной, - то для совершеннолетнего возраста человеческого рода должно стать действительностью. Народное (Птоломеевское) искусство, которое вызывало из земли отцов и населяло ими небеса (т. е. своды храмов)*, - в Коперниканском искусстве будет регуляцией небесных тел воскрешенными поколениями. В отношении мировоззрения род человеческий - все еще дитя, то есть не может еще вполне освободиться от представления кажущимся того, что должно быть действительным. Даже представление, взятое в детской (народной) полноте - тео- и патро-фикации, то есть то, что бездушная ученость называет персонификацией, - может быть названо обманом, но благодаря лишь недостаточности и неполноте критики, ибо Коперниканское мировоззрение само становится тотчас же суеверием, как скоро оно перестает быть предположением, и останется таковым, пока не будет доказано осязательною регуляцией, то есть воскрешением, - следовательно, будет не суеверием, а действительностью.

Не ограничиваясь этим общим обзором мировоззрения, которое может быть названо детским и народным, а в науке - Птоломеевским, нетрудно начертить и более полную картину отношений чистой детской души к Пасхальным вопросам. Цены богатству дитя не знает; наоборот, потерю матери и отца оно чувствует сильнее взрослых. Дитя не знает деления на бедных и богатых (вопрос 1 й), на верующих и неверующих (вопросы 2 й и 3 й), на ученых и неученых; для него нет раздвоения разума (вопрос 4 й); чувственность и похоть в нем молчат, а любовь к родителям царствует безраздельно, устраняя чуждость, предвещая объединение (вопросы 5 й, 6 й и 7 й). Когда мать или няня, указывая ребенку на ночном небе звезды, говорит, что оттуда умершие дедушки и бабушки смотрят на них, то в этом представлении и знание, и искусство соединены с религиею в нераздельном единстве (вопросы 8 й, 9 й и 10 й). Полноту же эта пасхальная картина может получить лишь в светозарную ночь Пасхи, в храме или на могилах предков, куда естественно должны направляться встретившие Светлый Праздник. На вопрос же, почему величавая и умилительная картина торжества, попрания смерти не становится действительностью, ответом является греховное состояние человечества, то есть его несовершеннолетие - печальная истина, доказывать которую нужно разве только мнящим себя совершеннолетними. Понятие же самодержца, стоящего на земле "в дедушек и бабушек место", на небесах представляемых, дополняет и довершает картину пасхальную.

Из этого изложения очевидно, что сущность Детственности заключается в отрицании чуждости, в чем бы она ни проявлялась (розни), и в полном утверждении или признании родственности. Для дитяти все мужчины - братья отца и все женщины - сестры матери. Потому дитя есть сын человеческий и все дети были бы сынами человеческими, если бы не было наследственного греха. Несмотря на всю силу наследственного греха, в одних сильнее действие его, а в других слабее, в одном случае оно оказалось равным нулю.

Сын Человеческий, или превращение двенадцати смертоносных вопросов в двенадцать же вопросов, жизнь приносящих
Сын дадеся нам!
(1) Богатство или то, что называют: наслаждение настоящим, memento vivere, но и сопутствующее ему отрицание (аскетизм) не есть благо.

Богатство, держащее человеческий род в вечном несовершеннолетии (11), лишает силы власть, в праотца место стоящую (12), и не допускает Пасху, т. е. религию (10), к переходу от Праздника к делу оживления или совсем уничтожает Пасху, даже как Праздник (как на дальнем Западе), чтобы только забыть умерших; Искусство (9) оставляет при изображении мертвых подобий или, обзывая эти подобия идолами, остается при идеолятрии, не переходя к действительности, или обращает его в силу развращающую. То же богатство и науку (8) чрез милитаризм обращает в убивающую силу. Повинуясь же индустриализму, наука (8) посредством мануфактурных игрушек вооружает людей друг против друга, на место оживления или воскрешения. Порабощает село и вносит в город (7) вечный раздор. Принуждает не признавать в Триедином Боге - образец для своего общежития и каждого человека лишает образа Божия, обращая волю в похоть (6), чувство в чувственность (5). Разделяя два разума (4), погружает человека в тьму агностицизма. Лишает Бога бытия (2), а человека обращает в животное, осуждая его на вечное рабство слепой силе (3), заставляет истреблять его себе подобных и не подобных. Итак, источник всех 12 смертоносных вопросов, воплощенных в человеке гуманизма, или блудном сыне, и есть вопрос о богатстве, и нужно пришествие Сына Человеческого, чтобы обратить смертоносные вопросы в живоносные. Но блудные сыны - гуманисты, какими были и Пилат, и Каиафа, - подвергли смертной казни Сына Человеческого, и потому вопросы левой стороны могут быть названы Пасхою страдания, а правой - Пасхою воскресения. Смысл Крещения - обращение в Сына Человеческого. Чрез усыновление - в Сына Человеческого крестистеся и в Сына Человеческого облекостеся122 - [1 слово неразб.] отцов, мы сознаем свои утраты*.

Если мы сделаемся сынами человеческими, то сделаемся и братьями, и вопрос о богатстве и бедности исчезнет - это несомненно, но сомнение возможно относительно обращения нас в сынов. Точно так же, если мы сделаемся сынами, т. е. если противоречие практического и теоретического разума исчезнет**, чувственная сила и похоть рождающая превратятся в чувство и волю к воскрешению, объединяющие всех людей (братство), то воскрешение произойдет несомненно, а сомнение возможно относительно обращения нашего в сынов человеческих. Теперь мне до очевидности понятно, что Сын Человеческий имеет в себе силу воскрешающую именно потому, что он Сын Человеческий***.

В Сыне Человеческом заключается сила и отживающее оживлять, и недозревших чрез них самих привести в зрелость путем труда. Представить Сына Человеческого, Который есть воплощение Любви к Богу всех отцов, в Университете, который есть самое вопиющее воплощение Хамитизма, в коем ненависть к отцам доходит до обвинения их в том, что они дали сынам жизнь, не испросив на то их разрешения, хамитизма, который исказил Заповедь Божию, требуя от отцов почитания, поклонения сынам, - представляется с величайшим трудом. Хамитизм, который основывает народные университеты для изгнания любви к отцам из всех слоев общества - от верхних до самых нижних, - который написал на своем знамени: "Раб выше своего господина, Ученик выше Учителя, Студент выше всех Профессоров", - этот Хамитизм не сказал еще своего последнего слова. Присвоит ли он себе право жизни и смерти над отцами? В сознании своего превосходства не скажет ли: "Мне подобает расти, а тебе убираться в могилу", в упоении своею победою не пожелают ли они, в видах разрешения социального вопроса, ограничить сроки деторождения и сроки жизни отцов? Борьба с чтителями отцов, обостряясь более и более, может дойти, наконец, и до этой крайности. Антихрист Соловьева очень уж легко решает вопрос о всеобщей сытости, тогда как от того, который поднимет сынов на отцов в видах решения социального вопроса, [можно ожидать, что он] введет закон оскопления отцов в некотором возрасте и избиения отцов, что и будет, и бывало. Само собою понятно, что господство сынов, чем больше будет ограничивать отцов, тем будет становиться слабее. Если под сынами разуметь еще не имеющих детей и ввести закон оскопления всех тех после первого рождения ими, то большинство окажется на стороне отцов и господство сынов кончится.

Дело же Сына Человеческого - воскрешение - состоит в примирении возрастов.

[Итак], из второй половины пасхальных вопросов получается образ "сына человеческого", а из первой половины мы будем иметь образ "блудного сына". "Блудными сынами" делаются и те, которые прямо ставят себе целью наживу или богатство, и те, которые противодействуют им искренно или неискренно в видах защиты бедных или всеобщего обогащения. Те и другие оставляют Бога отцов, искусственный пауперизм ставя предметом своего дела. При таком же ограниченном деле не может сохраниться единство разума, а чувство и воля обращаются в чувственность и похоть, если не обращаются в бесплодный аскетизм. Они могут мечтать об объединении на не-делание и о науке для науки или для комфорта всеобщего и [об] искусстве для (мертвого) искусства или для содействия половой страсти или мнимого воскресения (толстовского). Пасхи же как дела для них нет. Вечное несовершеннолетие их удел и замена самодержавия выбором дядек, [чтобы] безвыходно находиться под надзором, хотя бы даже взаимным, для социального равенства, если бы оно и было достижимо, тогда как для сынов человеческих, объединенных в труде познания слепой силы природы, открывается перспектива не оставаться нынешним полуглухим, полуслепым, даже почти слепым и прикованным вечно к крошечной земле [существом], ибо [преображенное существо] будет чувствовать невидимых ныне лучей содрогания, будет ощущать волны звуков, недоступных нынешнему органу слуха, может быть гостем на всех мирах, которые теперь даже и видеть не может, у всех поколений когда-либо живших, и будучи со всеми вкупе правителем и художником этих миров, будет созерцателем их Творца.
  • * Кающемуся милитаризму Супраморализм дает ответ в статье об обращении орудий истребления в орудия спасения. Кающемуся капитализму Супраморализм дает ответ в статье о добровольном налоге, присоединяемом к обязательному. Кающийся город, в коем соединяется и капитализм (индустриализм), и милитаризм, находит свое полное выражение в "Выставке".
  • * Или изображало Пасху Господню, шествие от земли на небо, от смерти к жизни...
  • * Разве мог Сын Человеческий признать Одинокое существо, не имеющее себе равного (сына), а только раба!
  • ** т. е. вопрос о Боге (отцов не мертвых, а живых); когда мы, ставши орудиями Его воли, обратим силу рождающую в воссозидающую и умерщвляющую в оживляющую, т. е. все миры сделаются орудиями разума и воли возвращенных к жизни поколений отцов-предков, тогда космология не будет бездушна, а психология, т. е. душа, не будет бессильна. Когда мы достигнем такого совершенства, Бог для нас не будет идеалом, а существом, близость которого мы будем чувствовать и сознавать.
  • *** В Евангелии Иоанна (V, 20-29) говорится о воскрешении Отцом и Сыном (20-21). А Суд весь предал Сыну (22). Равночтимость Сына и Отца (23). Суд не всеобщий и не безусловный. Если все уверуют в Пославшего, то Суда не будет (24). 25 [стих] говорит о воскрешении Сыном Божиим. Стихи 26, 27 и 28: говорится о Суде (конечно, не всеобщем и безусловном) и воскресении всеобщем Сыном Человеческим, - и именно потому, что Он есть Сын Человеческий.

Вернуться обратно | Список КИТов | Каталог | Россия | Федоров Н.Ф. - Общее Дело
Заходов на страницу: 4638
Последний заход: 2020-05-31 19:03:06